Опыт украинских медиков, полученный во время войны, все чаще вызывает интерес у зарубежных коллег. Для систем экстренной помощи он ценен тем, что сформирован в условиях дефицита ресурсов, нарушенной инфраструктуры и постоянного потока пострадавших.
Виталий Асимионесе, фельдшер выездной бригады медицины катастроф из Украины, рассказывает о практике, которая сложилась во время пандемии COVID-19 и полномасштабной войны. Речь идет о массовом поступлении пострадавших, экстренных эвакуациях и постоянной адаптации алгоритмов помощи там, где стандартные схемы уже не работают.
По его мнению, этот опыт может быть полезен и другим системам экстренной медицины, в том числе американской EMS (Emergency Medical Services — служба быстрого медицинского реагирования).
В развитых странах служба экстренной помощи обычно выстроена по четкой цепочке: вызов поступает диспетчеру, тот определяет приоритет и направляет ближайшую бригаду, маршрут прокладывается с помощью GPS, а больница ожидает пациента с подготовленными ресурсами. Даже во время крупных чрезвычайных событий — ураганов, массовых стрельб или промышленных аварий — базовая структура чаще всего сохраняется.
В украинских условиях последних лет ситуация была иной. По словам Виталия, бригады работали тогда, когда больница могла быть разрушена, запас кислорода подходил к концу, новый вызов поступал еще до завершения предыдущего, а решение об эвакуации приходилось принимать во время активного обстрела. Это заставляло постоянно пересматривать клиническое мышление и быстро подстраиваться под обстоятельства.
Он подчеркивает, что американские парамедики хорошо подготовлены к работе внутри стабильной системы. Но если сама система перестает функционировать, одного протокола уже недостаточно. Нужно понимать принципы, на которых он построен, чтобы при необходимости создавать новые решения прямо на месте.
Виталий выделяет несколько направлений, где украинский опыт может быть особенно полезен для EMS:
- обучение с моделированием системного коллапса, когда инфраструктура отсутствует или разрушена;
- адаптивные подходы к триажу при массовых потерях;
- отдельная отработка психологической саморегуляции как профессионального навыка.
По его мнению, подобные сценарии реже входят в стандартную подготовку, хотя именно они помогают действовать при перегрузке, нехватке времени, оборудования и персонала.
Автор также обращает внимание, что США не находятся в состоянии войны, однако регулярно сталкиваются с событиями, создающими похожие логистические вызовы: массовые стрельбы, природные катастрофы, промышленные аварии, пандемические волны. В таких ситуациях возникают одни и те же вопросы — как сортировать пострадавших, как поддерживать связь внутри бригады, как принимать клинические решения без полноценной диагностики и достаточных ресурсов.
Пандемия COVID-19 показала, что даже сильные системы здравоохранения могут оказаться в состоянии перегрузки. Переполненные отделения неотложной помощи, нехватка аппаратов ИВЛ и длительная работа персонала без ротации стали реальностью для многих больниц в 2020-2021 годах.
Именно поэтому опыт специалистов из Восточной Европы не стоит воспринимать как исключительно локальный или связанный только с войной. Это практические наработки, проверенные в крайне сложных условиях, которые могут помочь при подготовке служб экстренной медицины к самым тяжелым сценариям.
Подготовила Людмила Суржко